Нас было пять – Миша Скалицкий, Аркадий Суров, Артём Куцолабский, Нина Луценко и я. Но на самом деле – семь и два в уме. Во-первых, человек в серой кепке за соседним столиком.
На вид – большой и добрый. Назову его Гаргантюа. Гаргантюа говорил со своим маленьким, непоседливым сыном на немецком, а когда сын куда-то исчезал – живо прислушивался к тому, что происходит за столиком в клубе журнала «Літера Н.», и украдкой, с любопытством, нас рассматривал.

Во-вторых, рубашка Аркадия Сурова. Глядя на её яркие узоры, я, кажется, понимал, что имел в виду Олдос Хаксли, когда писал: «Типичный опыт мескалина или лизергиновой кислоты начинается с восприятия цветных, движущихся, живых геометрических форм. Со временем чистая геометрия становится конкретной, и духовидец принимает не узоры, а узорчатые вещи».
Рубашка Аркадия жила какой-то своей, отдельной от хозяина жизнью, оказывая на клуб «ЛН» странное воздействие.

Например, Аркадий Суров рассказывал о пирожках, смерти (или о пирожках смерти?) и одном николаевском шамане, которого, как оказалось, знает не только он, но и Нина Луценко.
Нина говорила, что придёт некая девушка, которая обещала… Но девушка не шла. Я помнил о звонке Вики Петровны. Она тоже собиралась прийти… Два в уме.
Текстов не было. Хотя, нет, были. Но не наши. Аркадий принёс две книги. В отношении одной можно сказать – сборник стихов, в отношении другой – это прозвучит слишком лестно. Сборник стихов Миша передал Артёму Куцолабскому. Недостихи достались мне. Миша, как обычно, настоятельно предложил написать всё, что думаем.
Нина интересовалась, зачем обижать? Кажется, разговор о поэзии и непоэзии начался с этого. Нина спрашивала, зачем судить человека (за стихи). Пишет – на здоровье. Аркадий поддерживал Нину с некоторыми оговорками, типа: «Даже у законченного графомана можно найти одно хорошее стихотворение». Миша не соглашался. Да, если пишет человек – это его дело. Но если решает издать книгу, если отваживается читать свои тексты публике, называя себя поэтом, а свои тексты – стихами, значит должен узнать, что об этом думают те, для кого он это делает.
– Адже це для мене – для читача, – говорил Миша. Нина и соглашалась и не соглашалась. Зато в конце они с Мишей, наконец, перешли на «ты».
Когда Аркадий Суров попрощался и уже почти ушёл, его не отпустил дождь. Аркадий вернулся, и мы с Артёмом усмотрели в этом знак судьбы. А может, всё дело было в цветной рубашке?

Евгений Цымбалюк, соиздред «ЛН»

Постійна інформація редакції журналу "Літера Н."

…Щоб почитати тексти авторів нашого журналу, радимо зайти до магазину «Магістр» (Потьомкінська, 57 – біля Лялькового театру) та придбати щорічники «Літера Н.» за 2004-й, 2005-й, 2006-й роки.

З розділу АРХІВ цього ресурсу можна також усе це діло просто закачати й роздрукувати самому.