РЕЦЕНЗУЄТЬСЯ Алексей Яковенко. Притоки. — Николаев: Издатель Гудым И.А., 2009. — 88 с.

Непростое детство Алексея Яковенко прошло в бараке, школьником он занимался спортом, в армии приглядывал за боевой техникой. Получил диплом в Одесском инженерном, работал вышибалой в забегаловке «Ятрань», после чего неведомыми путями оказался в пожарной части. Эти интересные сведения почерпнуты из его автобиографии, размещенной на последней странице издания. Причем из неясных соображений автобиография написана стихами. Не исключено, что автор решил в лишний раз потренироваться в искусстве рифмовать и считает удачными находки «прошёл — отошёл» и «прошёл — нашёл».
В аннотации сказано, что «Притоки» — это третий сборник Яковенко, после чего он решил этим больше никогда не заниматься. Так и написано — «этим».
Забавно, над этой коротенькой приметкой стоит другая: «Лейтмотив этой книги — Никогда не говори Никогда». Мне кажется, или здесь явное противоречие?
Структура сборника примечательна тем, что в книге автор представлен в компании со своими друзьями, о которых несколько слов будет сказано позже.
Приступив к чтению, в первых стихах мне с какого-то испугу померещилась Прекрасная Дама Блока. Тексты настраивали на столь возвышенный лад, что мне уже ясно представлялась в качестве заголовка первая убойная цитата автора — «любви возвышенный улет». Но постепенно слова «лира», «муза», «уста» и «Афродита» сменились будничными зарисовками из жизни завсегдатаев забегаловок и соответствующим жаргоном. Сказался, наверное, профессиональный опыт автора. Муза еще несколько раз появлялась на страницах сборника, но уже изрядно поддатая. На сорок пятой и сорок шестой страницах в подробностях и не без удовольствия описана пьяная женская драка.
Сразу оговорюсь, что женщинам стихи Алексея Яковенко не понравятся. Как не нравятся женщины и самому Алексею. Иначе и быть не может, ни у кого другого не поднялась бы рука написать такие строки:

А Ева, малая подлюка, тиха и скользка как гадюка,
Нашла какую-то змею, в ней «сучность» выразив свою.

В этом же стихе, обыгрывающем библейскую легенду об изгнании из Эдемского сада, Господь Бог предстает перед нами в роли уголовника, говорящего по фене. Это могло бы сойти за смелый нестандартный образ, если бы что-то подобное, но лучшего качества, я не встречал в «Евангелии от Митьков».
Перед этим автор прямым текстом призывает вырывать прекрасной половине языки и отрубать руки, сопровождая это объяснением:

Немая женщина, безрука
Вот идеал: и дать, и взять!

Если я правильно понял, именно это Яковенко называет черным юмором.
Вернемся ненадолго к религии. Вы, наверное, согласитесь, что в целом в русской поэзии сложилось традиционно почтительное отношение к исламу. А вот Алексею Коран доверия не внушает. Более того, рифмуется у него со словом «баран».
В какой-то момент в стихах возникает Сергей Есенин — видимо автору что-то о нем рассказывали. Но обстоятельств смерти не уточняли. Поэтому фантазией Яковенко русский поэт гибнет «распятый врагами». Может быть, даже на кресте — крест у николаевского коллеги — один из ключевых образов. Хотя русских Яковенко, в общем-то, тоже не любит, припоминая «российским москалям» недобрые для Украины времена царствования Петра I с его «гербом-мутантом».
Может быть, Алексей любит природу? Жизнь? Людей? О природе, действительно, что-то было — какой-то сад-огород, морковка с каротином. Зато люди автора точно не устраивают.

Коррозией ест человека
Его воровская мораль.

Я извиняюсь, если у человека воровская мораль, это значит, что его плохо воспитали.

Пример берите у свиней —
Не только сало их любя.
От пастухов до королей
Мы склонны гадить под себя.

Кстати, меня, как человека начитанного по Фрейду, не могло не привлечь то, сколько внимания Яковенко уделяет справлению естественных потребностей. Вы не поверите, но эта безобидная функции организма упоминается у Алексея в тринадцати стихотворениях! Да-да, помню, черный юмор. Но я-то, наивная чукотская девушка, не представлял, что об этом можно написать стихи и успешно издаться.
По другой авторской версии пример стоит брать с ослов, но можно я не буду этого цитировать? А вот тема алкоголя и его разрушающего воздействия на судьбы людей автору решительно не дает покоя. Собственно, ей и посвящена едва ли не половина сборника. Что же это? Упомянутый в начале лейтмотив?

Зачем на свет мы родились?
Тогда уж лучше застрелиться!
Без бодуна такая жизнь
Невыносимо долго длится.

А с бодуна человека, и это общеизвестно, посещают тяжелые мысли: о жизни, о превратностях судьбы. О любви, наконец. Почему бы и нет?

Когда урчание томит
И организм манит котлета,
Пусть в этот миг повременит
С любовью целая планета.

C завидной регулярностью в строчках автора упоминаются человеческие мозги, по частоте употребления это слово лишь немного отстает от «любви». Воистину борьба разума с чувствами. Я, правда, не знал, что с «серым веществом» можно проделывать такое: «Научись мозгами по волнам ходить»/«Их мозг из тысячи извилин, что в три желания сплелись». Вот это, я понимаю, эксгибиционизм!
Заключительная часть стихов Алексея посвящена украинским политическим реалиям. Об этом читать откровенно неинтересно. Народ — бедный, депутаты — воры. Если вы хоть иногда включаете телевизор, то в курсе.
Тут мы подобрались к обещанным приятелям автора. Если честно, меня данная концепция повергла в недоумение: какие друзья? для чего? Олег Кубенко, Александр Машницкий и Виталий Руденко, как я понял из их стихов, всецело разделяют жизненные и другие позиции хедлайнера книги.
По поводу опуса Машницкого, если вы врач или сочувствующий, мой вам дружеский совет — перелистните страницы семьдесят пять, семьдесят шесть.

Несколько неожиданно в этой компании выглядят две девочки: Валерия Клёва (12 лет) и Наталия Милевская (18 лет). Я всё гадаю, с каким умыслом издатель в скобках проставил возраст: то ли просил снисходительности в виду юных лет, то ли намекал на талант.
Стих Леры подкупающе прост и чист. Я пишу это без сарказма. Он показался мне светлым пятном посреди грубоватого юмора и лукавых мудрствований взрослых сотоварищей. Некоторые стихи девушки Наталии мне даже понравились. Да, в них присутствует немало шаблонов. Но это поправимо. Глубоко запали строки:

Ведь жизнь похожа чуть на холл отеля,
Где мы, то есть, то нас внезапно нет…

Цитируемый в заголовке «наш всевидящий бармен» Алексея Яковенко тоже мог стать потрясающей метафорой. Однако, вынужден вас разочаровать, речь там, действительно, идет о бармене — он вызывает такси для напившегося вдрызг клиента.
Так что. С надеждой на дочерей Евы.

Артём Куцолабский

Постійна інформація редакції журналу "Літера Н."

…Щоб почитати тексти авторів нашого журналу, радимо зайти до магазину «Магістр» (Потьомкінська, 57 – біля Лялькового театру) та придбати щорічники «Літера Н.» за 2004-й, 2005-й, 2006-й роки.

З розділу АРХІВ цього ресурсу можна також усе це діло просто закачати й роздрукувати самому.