Была такая июньская суббота, когда особенно хочется оставить на себе поменьше одежды и устроиться в плетёном кресле «Флоридиты» - глядя на волны Атлантики, потягивать коктейль «дайкири». Говорят, во «Флоридите» он лучший в мире.
С одеждой в клубе журнала «Літера Н.» было просто: мы с Мишей пришли в шортах. С пейзажем хуже: вместо Атлантики перед глазами стояли призраки «картин» Алексея Маркитана.
Накануне в галерее на Спасской, 45 открылась его юбилейная выставка, куда Миша имел неосторожность пойти и теперь рассказывал мне жуткую историю о фотографиях картин, бережно прикрытых стеклом. Пытаясь представить себе эту таксидермию, я интересовался у Миши, объяснил ли сам художник, почему вместо картин выставил их фото?
В ответ Миша сказал, что ушёл ещё до открытия - не было сил терпеть. Такой вот безрадостный пейзаж перед глазами, убивающий все мысли о «дайкири».

Напитком дня оказался «Поэтический коктейль».
Аркадий Суров принёс нам почитать сборник стихов николаевских студентов. Миша Скалицкий сразу предложил Артёму Куцолабскому написать всё, что он думает по поводу издания. Признаться, я обрадовался, что сия чаша меня миновала, и мне не предстоит читать на ночь стихи, типа: «Да, я - стерва» (кажется, Аркадий цитировал что-то такое). Артём принял «коктейль» стойко но без удовольствия в глазах и жестах. Хотя, листание сборника мгновенно рассеяло сгустившийся в его глазах мрак неизбежности, и он от души смеялся. Коктейль как-то действовал.

Может, не нужно было мне отказываться?
Кроме перспектив сборника, обсуждали одну из критических статей Артёма. Пока что ни одна николаевская газета не берётся напечатать его статью о книге Сергея Пискурёва «Походный алтарь». Рассудив, что хорошему материалу нельзя пропадать, Миша предложил Артёму выложить статью на Народной Мыколе.
Осталось открыть блог.
Авторские тексты в этот раз были, и судьба их складывалась по-разному.
Женя Ласько принесла исправленные варианты прежних стихотворений. Миша обнаружил в них скованность и поспешность в стремлении выплеснуть мысли на бумагу, забывая о читателе. Разговор был сложный. Женя терпела.

У Оли Сквирской были стихотворение и текст нестихотворный. Судя по стихотворению, Оля становится жестче в осмыслении окружающей её действительности. А что там было с её другим текстом, я не понял. Миша прочитал пару абзацев и вернул страницу с видом доктора, который уже решил, что пациент скорее мертв, чем жив. В ответ Оля настаивала на том, что она все равно перепишет или доработает текст, который я, повторюсь, так и не успел увидеть. Оля спешила на поезд и исчезла так быстро, что теперь мне кажется, будто экспресс «2046» забрал её прямо из кресла холла кинотеатра Мультиплекс.

Место Оля заняла Нина Луценко.
Нина почти всегда приходит под конец заседания клуба, давая ему второе дыхание. Когда Нина взяла новый журнал «Літера Н.», Миша поинтересовался, как поживает Оля Т. (см. статью «В красном»). Вопреки возможным ожиданиям, что Оля Т. купила снайперскую винтовку и ходит в тир, Нина Луценко ответила, что Оля Т. сказала, что ей надо работать над собой.

Евгений Цымбалюк, соиздред «ЛН»

Постійна інформація редакції журналу "Літера Н."

…Щоб почитати тексти авторів нашого журналу, радимо зайти до магазину «Магістр» (Потьомкінська, 57 – біля Лялькового театру) та придбати щорічники «Літера Н.» за 2004-й, 2005-й, 2006-й роки.

З розділу АРХІВ цього ресурсу можна також усе це діло просто закачати й роздрукувати самому.